Просмотрели всего: 540; Читали сегодня: 1

ноября 28, 2011 Прочитано 40 раз(а)

По лабиринтам памяти. Часть шестая

Анатолий сидел, тупо уставившись в пол. Светлане было понятно, чего стоило ему и прийти, и высказать то, что он высказал. Она машинально отметила, что он так и не сказал главного. Что он её любит. Звучало так, словно это она, «запутавшись», просит его совета, как ей правильно поступить. И он разъясняет ей, что «брак с нелюбимым», это не тот способ, которым «лечат» любовь.

Волна негодования захлестнула её. Сначала ей хотелось напомнить ему, что её-то, как раз, «прощать» не за что. Это она встретила его с новой пассией… Это он предал и её, и их любовь, и их будущее.
Но, мгновенно вдруг остро ощутила, что должна быть Толику благодарна. Ведь если бы не тот раковой день, она бы никогда не встретила его, Валерия. Такого всё понимающего, со своей робкой любовью, такой не похожей на её собственную страсть к Анатолию, которая окунула её в наваждение, и из которой она смогла вынырнуть, благодаря более глубокому, всеобъемлющему чувству.
— Толик, — она начала ровно, спокойно, уверенно, — в тебе говорит сейчас уязвлённое самолюбие. Ведь ты был уверен, что я поступлю так, как ты к этому привык. Так, как поступали все брошенные тобою, девушки. Они пытались вернуть тебя. Наверно, они действительно тебя любили. Сколько их было?
Светлана ненадолго умолкла, как бы ожидая ответа. Но, Анатолий сосредоточенно молчал. И, она продолжила.
— Судя по тому, как ты отреагировал на нашу неожиданную (или, ожидаемую?) встречу, когда я встретила тебя с девушкой, помнишь: «Светик, малыш… ты уж прости, но на сегодня я занят», для тебя это была вполне рядовая ситуация. То есть, ты считал себя вправе даже не объясняться. Ты был уверен, что у тебя будет возможность «объясниться» потом. И ты решал, кого ещё «попридержать» около себя, а кому уже можно и указать на дверь.
Я даже не уверена, что ты особо огорчился… более того, я не уверена в том, чтобы ты хоть раз вспомнил о моём существовании. Хотя и могу ошибаться. Но ты считал себя правым уже потому, что ты – мужчина. Именно поэтому для тебя вполне естественны «маленькие шалости», и этим продиктована твоя самоуверенность. Для тебя определяющими являются физиологические потребности. И именно ими ты всё объясняешь. И не только себе. Я не хочу давать этому оценку. Возможно, ты и прав. В своём понимании, разумеется. Просто, «это не для меня»… Я всегда считала, что изначально должна возникнуть, ну, духовная, что ли, связь… Одним словом, в том что произошло, нет ни твоей, ни моей вины. Мы просто разные. Вот это тебе следует понять. А я понимаю, что если бы не случилось так, как случилось (я бы не встретила Валерия) и я бы вернулась к тебе, приняв твою теорию, это бы ничего не изменило, и всё равно, было бы началом конца. Но выбор бы у меня был невелик. Либо терпеть и мириться, либо… расстаться, но уже более опустошённой.
Так что, пришёл ты сегодня, не потому что я тебе нужна. Тебе нужно вернуть уверенность в то, что ты прав. Тебе не даёт покоя мысль, что тебя оставили, потому что не согласились с твоей правотой. Уязвлённое самолюбие, не более того. Мысль о том, что тебе так быстро можно найти «замену», прости за цинизм, только она, и лишь она не даёт тебе покоя. Ведь обрати внимание, ты всё время говоришь о моей любви к тебе… То есть, ты уверен, что я до сих пор тебя люблю, и другая мысль не может уместиться в твоём мозгу. Она для тебя недопустима. Неприемлема.
По мере того, как Светлана говорила, Анатолий то бледнел, то краснел. Затем, очевидно не выдержав и ещё более уязвлённый её спокойным и рассудительным тоном, выкрикнул:
— Ты всё равно ко мне вернёшься, но будет уже поздно…
-Если тебе так удобней думать, да ради Бога, думай… Но, даже если у нас с Валерием так ничего и не получится, я никогда не вернусь к тебе. Предоставить возможность вытирать о себя ноги… это уж и не любовь даже, а садомазохизм, какой-то…
Светлана тряхнула головой, как бы отгоняя прошлое, которое сегодня так настойчиво к ней возвращается…
Вдруг тошнота стремительной волной подкатила к горлу, предметы вокруг стали какими-то, зыбкими, темнота ворвалась в мозг. Последнее, что он (мозг) зафиксировал, это острую боль, которая проткнула её, как бы насквозь, родившись всё там же, внизу живота, и вонзившись в него, в мозг, выключив сознание.

Любимый человек, счастливый смех детишек, уютный дом…
Разве этого мало?
А, что если любимый человек уже рядом, да и малыш каждый день радует своими успехами, а вот с «уютным домом» пока не всё так, как хотелось бы?
Может быть, есть смысл задуматься о его строительстве, то есть, дома, своего и такого, который бы отвечал и желаниям, и возможностям?
В этом случае, это для вас: оцилиндрованное бревно

Предыдущие записи в этой рубрике:

Получать обновления:

Вы можете добавить статью "По лабиринтам памяти, Часть шестая" в:


Приглашаю посетить мои странички в следующих сервисах:

Опубликовано Понедельник, ноября 28, 2011 at 13:30 в рубрике Стихи и проза о любви. Следить за комментариями к этой записи можно через RSS 2.0 feed. Будем благодарны, если вы оставите отзыв, или расскажите о нас на своем сайте

Постовой к записи "По лабиринтам памяти, Часть шестая":

Оставьте свой отзыв

Вы должны войти чтобы оставлять комментарии.

  • Прочее